Родственные отношения Мантеньи и Беллини


В Национальной галерее показывают близкие связи двух мастеров Ренессанса
Выставка впервые объединила полотна,  эскизы и графику двух титанов Раннего Возрождения — Андреа Мантеньи и Джованни Беллини. Цель — показать, как будучи не только современниками, но и родней, они влияли друг на друга.
Мантенья — сын плотника из Падуи. Беллини принадлежал к знаменитой венецианской династии художников — Якопо и его второго сына, Джентиле. Их биографии пересеклись в 1453 году, когда Мантенья женился на их сестре Николозии. Причем от этого брака выиграл скорее венецианский клан, усилив свой состав одним из выдающихся талантов того времени и сняв вопрос конкуренции. 
Если же говорить о влиянии, то здесь речь идет о Мантенье и Джованни Беллини, которые, по словам куратора выставки Кэролайн Кэмпбелл, одновременно влияли друг на друга: «До нас не дошло документированных свидетельств, проливающих свет на связь этих двух художников, но очевидно, что она была очень тесной. Беллини копировал картины Мантеньи, а тот испытал влияние его новаторской живописи». 
И хотя большая часть карьеры Мантеньи была связана с Мантуей, где он работал у герцогов Гонзага, очевидно, что его художественный диалог с шурином, работавшим в Венеции, никогда не прерывался. Мантенья был изобретателен в сюжетах и композиции; большой знаток древнеримского искусства, свой четкий классический рисунок позаимствовал у Античности. Беллини же работал в традициях венецианской школы, мастером пейзажа с использованием всей доступной цветовой палитры. Он, как говорит Кэмпбелл, «первым в полную силу использовал пейзаж для передачи эмоционального состояния». Как и Мантенья, он писал картины и на религиозные и мифологические сюжеты, но Мантенья создавал монументальные композиции, а Беллини — камерные для частных заказчиков. 
Беллини нередко и копировал Мантенью, как, например, в «Принесении во храм» (1470–1475), выставленном в Лондоне с одноименной картиной (1454) Мантеньи. В свою очередь, Беллини повлиял на Мантенью как пейзажист. Так, на картине «Смерть Девы Марии» (1462) на заднем плане у него появляется безмятежный вид Мантуи, написанный явно под влиянием ведут Беллини. Кто из них был талантливее — вопрос риторический, считает куратор: «Мантенья возродил классическую античность, был непревзойденным мастером перспективы. Беллини — настоящий волшебник пейзажа, колорита и света». 
Национальная галерея
Мантенья и Беллини
До 27 января 2019

Комментарии закрыты.