Чтобы увидеть работы Караваджо, его поклонники готовы были даже рисковать жизнью

В Лондоне собрали всех караваджистов, а в Нью-Йорке посвятили выставку только одному из них — Валантену де Булонь


Матиас Стом. Старуха и мальчик со свечой. 1620-е / © Birmingham Museums Trust on behalf of Birmingham City Council


Выставка «После Караваджо» — первая в Британии, посвященная влиянию реформатора живописи XVII века на своих современников. В Рим Караваджо приехал в 1591 году, сначала заработав сомнительную репутацию скандалиста и драчуна, а затем и оригинального художника. После же исполнения в 1600 году первого крупного заказа на темы из жизни святого Матфеядля римской церкви Сан-Луиджи деи Франчези слава его перешагнула границы Вечного города. Со всей Европы туда стали стекаться художники, чтобы увидеть работы мастера, шокировавшие местных академистов своим натурализмом и резкими световыми эффектами.

Интерес к творчеству живописца-радикала не ослабевал до середины XVII века, но затем стал сходить на нет. О Караваджо, а тем более о его последователях, забыли на целых три века.На выставке в Национальной галерее в Лондоне — 49 полотен самого Караваджо и мастеров, испытавших его влияние. Большинство работ — из собрания Национальной галереи и других музеев, частных коллекций и церквей Британии и Ирландии. В экспозиции — шедевры Караваджо «Мальчик, укушенный ящерицей» (1596) и «Ужин в Эммаусе» 1602 года (оба — Национальная галерея, Лондон), недавно обнаруженное «Взятие Христа под стражу» (1602, орден иезуитов в Дублине). Из караваджистов — Орацио и Артемизия Джентилески, Жорж де Латур, Хусепе де Рибера, Геррит ван Хонтхорст и не столь известные имена как Джованни Серодине или Антиведуто Грамматика. На вопрос, чем объяснить всплеск интереса к этому поколению, куратор выставки Летиция Тревес отвечает: «Мы сегодня просто знаем о них гораздо больше, чем 30 или 40 лет назад. И поскольку мы сейчас лучше понимаем самого Караваджо, то можем объективно оценить живописные достоинства и работ его последователей».

Метрополитен-музей, в свою очередь, решил сделать выставку одного, но очень одаренного караваджиста — француза Валантена де Булонь (1591–1632). Это чуть ли не первая монографическая выставка художника, от которого дошло около 60 картин.

Здесь их 45, приехавших из Вены, Лондона, Мадрида, Мюнхена, Парижа и Рима. Поскольку об этом мастере известно немного, автор статьи в каталоге к выставке Патриция Кавацциниуделяет в ней большое место атмосфере Рима XVII века, в которой Валантен, приехавший туда в возрасте 20 лет, сформировался как художник. Проживавшие там его соотечественники, включая и Никола Пуссена, следовали классическим традициям, античности и Рафаэлю. Но Валантена непреодолимо влекла брутальность живописи и демократичность сюжетов Караваджо, обретших в его интерпретации чисто французское изящество и чувство меры.

Что касается атмосферы Рима, которая тоже не могла не повлиять на его формирование, то она скорее тема для остросюжетного триллера, чем для искусства. В XVII веке жить в Вечном городе было опасно в буквальном смысле слова. Вечеринки в римских тавернах в то время часто переходили в уличные потасовки. Художники тоже были участниками этих драк, нередко заканчивавшихся убийствами. Особо буйным нравом отличались голландцы и фламандцы. В 1621 году они создали в Риме свое общество Bentvueghels (в вольном переводе — «одного поля ягода») и, встречаясь по тому или иному поводу, устраивали настоящие оргии.

Иоахим ван Сандрарт, художник и биограф Валантена, писал, что француз предпочитал компанию голландцев своим соотечественникам и был даже членом этого общества под кличкойАмадор («любовник»).

Участвовал ли сам Валантен в потасовках? Свидетельств этому нет, зато доподлинно известно, что дважды опасность проходила совсем рядом. В марте 1626 года его сосед, скульптор Давид де Ла Риш был ранен и скончался той же ночью. И чтобы оплатить расходы на похороны, Валантен продал его одежду, включая и ту, в которой он был убит. В июле того же года другой его сосед, Корнелис Схут из Антверпена, заколол соотечественника, с которым работал над выгодным частным заказом, и был приговорен к тюремному заключению. Но за него неожиданно вступилась Академия святого Луки, имевшая право раз в год ходатайствовать о помиловании одного осужденного художника. Как правило, члена академии, каковым Схут не был. Возможно, за него попросил Валантен, один из немногих иностранцев, принятых в эту весьма консервативную организацию (куда, кстати, не взяли Караваджо).

Со временем художники однако стали все реже попадать в уголовную хронику, а Валантен с 1627 года стал работать на кардинала Франческо Барберини, благодаря чему весьма улучшил свое материальное положение. Но не изменил, видимо, богемным привычкам. По свидетельству художника Джованни Бальоне, однажды после вечеринки с друзьями Валантен, искупавшись ночью в фонтане, простудился, что и стало причиной его смерти в 41 год.

Национальная галерея
После Караваджо
До 17 января 2017

Метрополитен-музей
Валантен де Булонь
До 16 января 2017
http://www.theartnewspaper.ru/posts/3753/

Комментарии закрыты.